Украинское здравоохранение: ”Подайте сколько не жалко...”
Украинское здравоохранение: ”Подайте сколько не жалко...”

Украинское здравоохранение: ”Подайте сколько не жалко...”

11:59, 22 января 2008
7 мин. 5

Маму прооперировали. Я впервые дал взятку. Классически – в конверте, из рук – в руки в кабинете хирурга. Было очень противно...

Маму прооперировали. Я впервые дал взятку. Классически – в конверте, из рук – в руки в кабинете хирурга. Было очень противно.

Взятку получал профессионал. Он на совесть сделал свою работу. Операция прошла успешно, мама лежала в пристойной палате и за ней был надлежащий уход. Через четыре дня я отвез ее домой. Это было одним из наибольших достижений в моей жизни.

И все же, на душе остался очень неприятный осадок. Вспоминаю обо всем произошедшем с брезгливостью – к себе, к медикам, которые получали от меня подаяния, ко всей нашей медицине, и главное – к власти.

При каждом моем визите в больницу мама не уставала восторгаться милыми медиками, которые так внимательны и заботливы. Она, в жизни не заплатившая копейки "по-черному", ни разу не получившая ничего "вне очереди" и никого не толкнувшая локтем на своем жизненном пути, мягко так, стараясь не обидеть, поинтересовалась: "Сынок, ты, надеюсь, не давал взятку?" Я отшутился, мол у нас в стране медицина бесплатная, особенно для пенсионеров, особенно для тех из них, у кого есть взрослые дети. Мы больше не обсуждали с ней эту тему.

... Помню, когда мама, корчась от боли, лежала в палате, я, закрыв за собой дверь в кабинет хирурга, с трудом подбирая слова, сообщил, что хотелось бы, чтобы мама получила всю необходимую медицинскую помощь и операция была проведена на необходимом уровне и я, со своей стороны... Врач прервал мое блеянее короткой фразой: "Услуги хирурга будут стоить..., анестезиолога –... Рассчет – после операции. Знаете – мы люди суеверные".

Я, откровенно говоря, опешил от такой деловитости. Ведь речь шла, формально говоря – о взятке. К тому же, незнакомые люди часто при первом общении почему-то принимают меня кто – за криминального элемента, кто – за мента. Врачу, кажется, было все равно. Это были его рабочие будни: договориться с клиентом об оплате и заняться врачеванием.

Через день, когда маму уже привезли из операционной, я зашел в кабинет врача, вновь закрыл дверь, и передал ему конверт. При этом мне не было страшно, что сейчас ворвутся грозные борцы с коррупцией, на нас наденут наручники, будут что-то говорить, куда-то повезут. Нет, просто было ужасно неуютно передавать деньги человеку, который только-что спас мою мать. Этого не должно быть вот так – непосредственно. Человек только что совершил свой ежедневный медицинский подвиг и я должен был нести ему цветы, коньяк, пожать его руку. А деньги – куда-то в другое место, какому-то кассиру, в какое-то окошко или на счет... В действительности произошло нечто чрезвычайное: в результате того, что этот многоопытный хирург спас жизнь человека, он в финале становится участником противоправного акта, преследуемого криминальным законодательством.

Еще помню, как я подошел к дежурной сестре, которая должна была весь день делать процедуры и присматривать за мамой, и спросил: сколько я должен заплатить за ее труд? Ответ ввел меня в ступор: "Сколько не жалко". Для того, чтобы у близкого мне человека ничего не болело и он поскорее вернуся домой, мне в общем-то, ничего не жалко. Но почему я должен высчитывать – сколько мне "не жалко" конкретной сестре, нянечке, врачу. Откуда я могу знать, что включает в себя процесс послеоперационного ухаживания за дорогим мне человеком. Почему я должен высчитывать сколько это может стоить? С кого я смогу спросить за качество, предполагаемое данной взяткой?

Почему мама вынуждена была полдня ждать очередного укола, пока я не пришел к ней и не побежал на первый этаж в аптеку (у сестры на это не было времени, да и не обязана она этим заниматься).

Я просто хочу прийти в бухгалтерию медучереждения и заплатить всю сумму за конечный результат: за медикаменты, за уход, за чистое белье в палате, за услуги хирурга, анестезиолога, лечащего врача... Дайте мне этот прейскурант и назовите банковский счет! Ведь не на паперти стоят наши медики, не подаяния просят, ничего ни у кого не воруют (за их руководителей поручиться не могу). Речь идет об оплате их труда. В конце-концов, медицина – это технология, по крайней мере, должна быть ею. У нас же врачи выступают в трех ипостасях: спасителей, попрошаек, взяточников.

И ведь что любопытно: никто не собирается "разгонять медицину", как это пытался сделать Ющенко с ГАИ. Не взирая не полное игнорирование со стороны власти, медицина как-то существует в автономном режиме, как-то финансируется "напрямую" – за счет больных. Так почему не прекращают это издевательство над врачами и больными, не легализуют плату за взымание медицинских услуг? Ну хотя бы для того, чтобы те, кто может платить, заплатили за тех, кому платить нечем. Чтобы в больничных стенах никогда больше не звучали фразы типа "подайте, сколько не жалко".

А теперь по сути: можно ли на это надеяться при нынешней власти? Читаю последние программные вказивки президента правительству – там есть почти все, и ни одного слова о медицине. Ее для Ющенко, кажется, не существует. Либо для президента она существует в ином недоступном нам измерении. Наверное мы просто не понимаем его стратегических замыслов по "очеловечеванию" украинской власти и по улучшению жизни маленьких (особенно стареньких) украинцев.

Зато как активно наша власть пытается увеличить рождаемость, сулит страшные деньжищи за рождение новых украинцев. Только при этом не поясняют будущим матерям-отцам, что дальнейшая забота об отпрысках, особенно все, что касается медицинских услуг – это уже не проблемы государства, а проблемы родителей. Вообще наша власть много чего недоговаривает-недодумывает...

Но только наивного может удивлять упорное нежелание власти проводить реформу здравоохранения. В действительности, на всем этом бардаке построен грандиозный устоявшийся бизнес, целые медицинские кланы делают свои гипермиллионы на унижении армии практикующих медиков и страданиях их пациентов. Поэтому в Украине по прежнему главными темами для всенародных обсуждений остаются НАТО и потасовка Черновецкий-Луценко, но не пенсионная реформа и не реформа здравоохранения... Включаешь телевизор и чувствуешь себя гражданином европейского государства: наконец-то в стране что-то случилось – мэр пнул министра, а министр дал оплеуху мэру. Согласитесь, в исполнении цирковых клоунов – реприза избитая. А вот когда то же, но с участием державных мужей – можно пару-тройку часов пообсуждать с Савиком Шустером и вообще в домашнем кругу. Будем ждать, когда Луценко, Черновецкий, Ющенко, министр здравоохранения, глава СНБО и премьер-министр исполнят для электората технически совершенный кульбит или фокус с зайцами. 

Олег Ельцов

blogs.pravda.com.ua

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
загрузка...

Нравится ли Вам сайт?
Оставьте свое мнение

Соглашаюсь
Мы используем cookies