Фосфорная лихорадка, или Как людям в Ожидове начальники головы заморочили

Фосфорная лихорадка, или Как людям в Ожидове начальники головы заморочили

"Вот в горле першит, глаза немного пекут. Ходила к врачу, тот что-то прописал от горла. Ложиться в больницу времени нет..." Репортаж

«Люди! Что творится? Вода подорожала, хлеба в селе нет!» - на проселочной дороге, в каких-то 500 метрах от места «фосфорной аварии» к нам подбегает дядя, держась за голову и крича: «Поедьте, посмотрите, расскажите всем! Ой что творится!». «Что поделаешь», - говорит мой спутник-коллега. - «Кому война, а кому - мать родная...»

За полчаса здесь же, на месте слышим от Александра Кузьмука: «...и не слушайте, что здесь в селах хлеба и воды нет. Все под контролем».

 

Решаем сами выяснить и через несколько часов отправляемся в Ожидов - ближайшее к месту аварии село. Первый-попавшийся магазин в центре села полностью заставлен водой. Выбор напитков широкий. Средняя стоимость полторалитровой бутылки минералки - 3,50. Раньше была по три. Хлеб свежий. Готовились к ажиотажу? - спрашиваю хозяина. «Не, у меня всегда так, всегда хватает всего. Это же мой хлеб!» «А почему вода подорожала? - А это завод почему-то поднял цену. Это от меня не зависит»....

Правда, оказалось, магазин два дня после аварии был закрыт - «да и все магазины закрывались - испугались люди», - говорит хозяин. Вот и хлеба не было где купить. По другой версии местных, магазины были открыты, а хлеб подвезли только в день, когда начальство приехало.

 

Тамара Петровна, жительница Ожидова, ведет велосипед, увешанный пустыми бутылками, - идет набирать воду в местной скважине. Воду эту пьют все и якобы не чувствуют, что она стала хуже. Видела, рассказывает, столб черного дыма, когда была на работе. Если бы знала, что это что-то опасное, бросила бы все и закрылась дома. «А так... нам поздно сообщили, поэтому особенно никто сначала и не обращал внимания. Так, немного надышалась того, вот в горле першит, глаза немного пекут. Ходила к врачу, тот что-то прописал от горла. Ложиться в больницу времени нет.»

«А что будет, что будет, расскажите!» - местные бабки нетерпеливо атакуют журналистов. «Кажется, пока еще ничего», - делимся отсутствием четких планов правительства и сразу заверяем, что все будет хорошо. Но старики неуверенно кивают головами и говорят, что боятся дождя. Кислотного.

 

На хуторе Янгеливка - как и в остальных ближайших поселениях - детей почти не осталось. Проходим пустые дворы, совсем пустые улицы. Напоминает Чернобыль. Становится не по себе. Наконец видим живого человека. Активная женщина, которая оказалась депутатом сельсовета и учительницей школы в Олесько, хлопочет по хозяйству во дворе. По нему спокойно ходят куры, собака...

Галина Кондратюк рассказывает, как увидела дым.

- Говорю дочке: наверное, это рапс или солома горит. Села на велосипед, поехала к мосту, с него красиво было видно. Дым охватил нашу территорию, возле железной дороги также развеялся. В первый же день мне звонили родственники из разных областей спрашивали, что произошло. Мы тогда не знали ничего. Узнали лишь в полночь по телевизору. Сегодня впервые (дело было в пятницу) приехали разъяснить как защититься. Говорят объявляли по радио...но у нас радио полностью отключено...

 

Магазина на хуторе нет, есть только бар. И учительница, которая работает в соседнем селе, помогает соседям - возит продукты на собственном авто. Воду не возит - берет из колодца, как и все односельчане. Неужели не боитесь?- спрашиваем.  - Нет, вода хорошая, вот попробуйте. Со страхом пьем воду из колодца. Жара такая, что не выдерживаем - вода освежающая, прохладная. Кажется, будем жить.

В районном центре - Бусске - тоже спокойно. Также почти не видно людей, на улицах жара и тишина. В центре почти нет магазинов, одни бары. Заходим, спрашиваем, есть ли хлеб. В барах - дорогой, но есть. Хватает всего, никакого дефицита. О том, что где-то исчезли продукты, слышат в первый раз.

Надышались фосфорного дыма и жители села Олесько. Почти все эвакуировали молодежь, отправили кто к родственникам, кто - со спасателями. Некоторые боятся воду пить, выпасать скот и употреблять в пищу овощи. Крестьяне растеряны - не могут понять, что же в действительности происходит с той тучей, насколько это вредно сейчас и как отразится на здоровье в будущем. Эти начальники, говорят, что по телевизору выступают, совсем головы заморочили - каждый свое говорит.

Матерям детей, которые сейчас во львовских больницах, тоже ничего более-менее внятного не сообщают. Все они на обследовании, признаки заражения у всех одинаковые - першение в горле, боль в глазах, головная боль. Все говорят: подождите, еще несколько дней нужно полежать, сдать анализы. «Фосфорная лихорадка» - это первый опыт для украинской медицины. Поэтому медики лечить не готовы. Не могут они и сказать, что будет с людьми в будущем. Готовы ли реально помочь?

Дмитрий Стаховский, фото автора

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter